Что мешает развитию инклюзивного образования?
В прошлом номере «МК в Нижнем» мы писали о ситуации в Сеченовском районе, когда ребенка с инвалидностью пытались насильно перевести на индивидуальное обучение. Между тем, в Нижегородской области прошла неделя инклюзивного образования, главный девиз которой – «дети должны учиться вместе».
На минувшей неделе в киноцентре «Рекорд» в рамках проекта инклюзивного образования состоялся показ документального фильма «Клеймо», получивший национальную премию «Лавровая ветвь-2011». Среди героев фильма политик Ирина Хакамада, чья дочь живет с диагнозом «синдром Дауна», и актриса Евгения Симонова, читающие стихи поэтов с ментальными расстройствами. Приведем одно четверостишье:
«Скажите мне, кто я такой?» -
спросил я как–то раз.
И тот, кого я так спросил,
мне съездил между глаз.
«Кто я такой, скажите мне» -
настаивал я вновь.
И тот, кого я вопрошал,
мне раскровавил бровь.
Эти строчки написал поэт Борис Левин, коротающий время между изданиями поэтических сборников и психиатрической клиникой. Его диагноз – «шизофрения».
Инклюзивное образование – процесс, который подразумевает доступность образования для всех, приспособление к различным нуждам всех детей, что обеспечивает доступ к образованию детей с особыми потребностями. Оно стремится развить методологию, направленную на детей и признающую, что все дети – индивидуумы с различными потребностями в обучении. Это единственный признанный на международном уровне инструмент реализации права каждого человека на образование — права, зафиксированного во Всеобщей Декларации прав человек (1948 г.), в Конвенции ООН о правах инвалидов (2006 г.) и в законодательстве РФ (Конституции РФ и федеральном Законе «Об образовании»).
В Нижегородской области идея совместного обучения обычных детей и ребят-инвалидов витает давно. Но последние, в большинстве своем, учатся либо в специализированных заведениях, либо на дому. Понятно, что это негативно сказывается на социализации ребенка и поневоле отторгает его от сверстников. А у здоровых детей вызывает стойкое убеждение о неполноценности ребенка с недугом. Альтернативой является инклюзивное образование, которое подразумевает, что дети с инвалидностью учатся в общеобразовательных школах. А вот готовы ли школы принять таких учеников?
«От убогонького убогости научится»
На многочисленных конференциях и круглых столах представители образовательной сферы говорят о своей готовности, наработках и даже практических шагах в этой сфере. А вот в неофициальной обстановке шепчутся о своем полном бессилии и нежелании работать с «нестандартными» учащимися. И это лишний раз показала встреча в «Рекорде».
«Не готовы наши дети встречать таких учеников!» – констатировала одна из столпов образования. И подобное мнение поддерживает большинство педагогов. При этом студенты педвузов и педучилищ заявляют, что их просто не учат работать с «иными» детьми!
Энтузиасты из общественных организаций, которые уже долгое время борются за совместное обучение, констатируют, что первое время к ним в образовательных учреждениях относились как к некой секте, замахнувшейся на традиционные педагогические ценности. Да и со стороны родителей детей с инвалидностью энтузиазма первое время не наблюдалось. Скорее, упаднические настроения. «Чего дергаться, – рассуждали они, – все равно ничего хорошего нашего ребенка не ждет!».
Специализированных программ и пособий по инклюзивному образованию более чем достаточно. Тем более что в Нижнем периодически проходит международный кинофестиваль «Кино без барьеров», одним из организаторов которого является корреспондент «МК в НН», а само наше издание – информационным спонсором. Представленные на нем фильмы позиционируют человека с инвалидностью как полноправного члена общества. И во всем мире служат методическим материалом для образовательных учреждений. Но могут ли только фильмы и лекции изменить устоявшийся менталитет?
Известный публицист Ирина Ясина, сама прикованная к инвалидной коляске, в своей автобиографической книге «История болезни» пишет, что 90 процентов детей спокойно относятся к соседству инвалидов за партами, а вот тот же процент родителей к этому относятся негативно.
Выходит, что соседству инвалида за партой противятся, в первую очередь, родители. Наши публикации и многочисленные соцопросы показывают, что обычной пропаганды здесь недостаточно. У родителей обычных учеников достаточно своеобразная мотивация. Дескать, их чадо «от убогонького убогости научится», что помешает в дальнейшей карьере. А если, не дай бог, соседом по парте окажется ребенок с ментальными расстройствами, то их чадо может стать «жертвой психопата». Но не стоит забывать, что у детей- инвалидов тяга к жизни поневоле выше, а в жестоких школьных драках можно пострадать и от вполне нормального ребенка.
- Мы воспринимаем людей с инвалидностью как неких «иных», – заметила психиатр Татьяна Елисейчик, – Но у них не ограниченные способности, а ограниченные возможности. Мы все можем учиться друг у друга. Ребенок подсознательно старается приобрести те или иные полезные навыки, и неважно, от кого он их получит. На практике получается, что все нововведения в данной области реализуются энтузиастами. Хотя этим в большей степени должно обеспокоиться государство.
Единичные случаи
Сейчас практика инклюзивного обучения на Нижегородской земле до сих пор остается единичной.
- В нашей школе учатся шесть детей- инвалидов, четверо из них – по обычной программе вместе с обычными детьми, – констатирует социальной педагог 111 школы Автозаводского района, – И проблем у нас с этим никаких не возникает. Мало того, по государственной программе наша школа станет центром обучения инвалидов-колясочников всего Автозаводского района. Будут оборудованы специальные пандусы и подъемники. Мы уверены, что родители и ученики примут таких детей!
Непонятно, почему ребята на колясках должны съезжаться в одну школу со всего района? Почему бы им не ходить в ближайшую к дому, до которой им гораздо легче будет добраться? Тем более что наши коммунальщики создают проблему в передвижении не только инвалидам, но и вполне здоровым мамам с колясками. Есть еще немаловажный нюанс: архитектура многих образовательных учреждений просто не позволяет впустить в свои стены инвалида-колясочника.
Кстати, в Нижегородской области есть единственная инклюзивная футбольная команда. В ее составе и обычные ребята, и дети из коррекционных и специализированных школ. В копилке команды множество наград и кубков. Она бессменный серебряный призер межрегиональных турниров, проводящихся ежегодно в Москве в рамках проекта «В спорте все равны». Но это также единичный случай.
Получается замкнутый круг. Чтобы создать цивилизованное общество, нужно «создать себя», то есть быть готовым принимать людей такими, какие они есть. Но чтобы воспитать это в людях, нужна широкомасштабная работа государственных органов.
- Наше общество просто не готово воспринимать людей такими, как они есть, – заявил председатель общественной организации «Инватур» Рафик Рогоня. – Существует непонятное мнение, что кроме чувства тоски и грусти, какой-то болезненности, человек с инвалидностью ничего обществу дать не может. Именно поэтому жизни таких людей обыватель просто не видит. А в ней есть много поучительного!
В следующих номерах «МК в Нижнем» мы расскажем о попытках реализации инклюзивных проектов в образовательных учреждениях города.
материал: Константин Гусев
Источник: nn.mk.ru